Уход России с турецкого агрорынка пагубно отразится на обеих странах. Что касается наших потерь, то сельхозпроизводители могут понести убытки на сумму $500 млн, пока российский бизнес будет искать альтернативные варианты сбыта пшеницы, а от нереализованного зерна на турецком рынке мы лишимся около $57 млн. Как оказалось, мало зерна — плохо, много зерна тоже нехорошо. «МК» задался вопросом, в какие страны «пристроить» наш продукт, который не дошел до турецкого покупателя?


фото: Сергей Иванов

Спустя две недели Анкара на официальном уровне все же подтвердила «утечки» о вводе экспортной пошлины в 130% на российскую пшеницу и кукурузу. Такое решение, напомним, Турция приняла на фоне частичного снятия нашей страной эмбарго с ряда их продовольственных товаров: капусты, лука, брокколи…

На выпад турецких коллег глава Минсельхоза РФ Александр Ткачев отреагировал так: «Мы надеемся, что в ближайшие два-три, максимум пять месяцев мы найдем новые рынки сбыта зерна и безболезненно заменим Турцию». На счет безболезненности министр явно погорячился, считает Александр Корбут, вице-президент Российского зернового союза. По его словам два-пять месяцев, это реальные сроки, но с точки зрения реального бизнеса, они мало кого удовлетворят. «Аграриям получать результаты нужно сегодня, а не через 5 месяцев. У них нет такой счастливой возможности сидеть и ждать, куда и что перераспределится», — сказал он «МК».

Сегодня Россия поставляет свое зерно более, чем в 100 стран мира. Есть вариант — провести переговоры с уже существующими покупателями и намекнуть, мол, хорошо бы им увеличить закупку российского товара. Правда, стоит учесть тот факт, что третьи страны хорошо осведомлены о возобновлении «продовольственных боев» Турции и России, и учитывая это, могут потребовать скидку на зерно. «Когда мы предложим им дополнительный объем, они будут выдавливать с нас дисконт. — отметил Корбут. — Дисконт придется давать и это уже наша проблема. Не реализовать зерно — хуже, чем продать его с дисконтом».

А если продавать, то кому? Кто в состоянии принять объем зерна, который был ориентирован на Турцию. Александр Корбут считает, что для РФ наиболее выгодно «раскрыть» рынки Ирана и Ирака. Про рынок Ирака он сказал следующее: «В свое время мы потеряли его, из-за не совсем рациональных действий наших госорганов. Теперь, надо искать варианты и любым путем пробиваться на этот рынок. Он очень хороший, емкий. Там нас знают, помнят и не забудут. Это требует срочной работы».

Эксперт также отметил необходимость выяснить у представителей Шри-Ланки, «а не хочет ли их страна купить наше зерно? Ведь чувствуем же, что хочет». Относительно других вариантов, как говорит Корбут, Минсельхоз договоривается с Индией и Вьетнамом по вопросам предэкспортной обработки зерна. «Не стоит также забывать и о Сирии. Сейчас в рамках гуманитарной помощи им отгружается зерно. А чем больше отгрузим, тем больше поедят люди. Открыт вопрос того же Йемена. Там идет гражданская война, но это очень крупный покупатель. Страна закупила у России почти 700 тыс тонн в этом сезоне», — рассказал эксперт.

Хорошо, что зерно — товар долговечный. Иначе, введенные Турцией ограничения на экспорт российской сельхозпродукции могли бы погубить наш урожай пшеницы. Корбут успокоил: «В 1909 году один профессор-археолог из Санкт-Петербургского университетана свой юбилей сделал лепешки из зерна, которое нашли в древнеегипетской пирамиде. Продукту было где-то 2,5 тыс лет. Скушали без последствий. При нормальном хранении проблемы испорченной пшеницы не существует». А вот от проблемы сокращения объема продаж, а следовательно, финансовых потерь РФ никуда не деться. По оценкам собеседника «МК», в этом сезоне мы не успели поставить Турции порядка 200-300 тыс тонн зерна. Финансовые потери получаются — $38-$57 млн.

Зачем Анкаре понадобилось накалять отношения двух стран, с учетом того, что процесс их потепления шел ударными темпами? «Одна из причин заключается в том, что турецкие трейдеры пытаются сбить цену на российское зерно, а также в том, что ожидается укрепление доллара, и они пытаются подстроиться и под эту тенденцию, — рассказал руководитель отдела розничных продаж УК «Солид Менеджмент» Сергей Звенигородский. — А почему Турция действует так уверенно? — потому что у них есть Turkish Grain Board, резерв, в котором хранится примерно 2-3 тонны зерна и на котором Турция может продержаться год».

Источник


Читайте также:

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*